в кожу у основания моего члена, что производило на меня неизгладимое впечатление.
В этот момент она оторвалась от моих яичек и потянула обеими руками мои брюки вниз к коленям и ниже. Я смог раздвинуть свои ноги максимально широко, и она снова принялась за мои яйца. Неожиданно я почувствовал, как другая ее ручка пробирается к моему заднему проходу. Она вытянула вперед свой пальчик и стала скрестись ноготком у меня в дырке. Все это в совокупности приводило меня в исступление.
Однако, даже в таком состоянии, я не мог упустить сой шанс погладить живую настоящую маленькую девочку. Я легко дотянулся правой рукой до ее попки, погладил ее, а затем задрал наверх платьице, обнажив трусики, белевшие пятном в синей темноте ночи. Погладив основание ножек, я занырнул в промежность. Нежные трусики были очень приятны на ощупь, но еще приятнее была ее шелковистая кожа, и я стащил до колен эту мифическую преграду. У меня не было возможности разглядеть предоставленные мне прелести (честно сказать, я не страдал по поводу того, что мне мешало это сделать), и поэтому я решил удовольствоваться ощущениями, приходящими с кончиков пальцев.
Погладив снаружи низ живота моей маленькой партнерши, я осторожно, что бы не причинить ей боли, раздвинул губки, закрывающие щелку, и проник внутрь. Впрочем, проник, это очень громкое заявление, я чуть погрузил кончики указательного и среднего пальцев и начал тихонечко ими двигать. Девочка чуть подалась навстречу моим пальцам, и я расценил это как поощрение своих дальнейших изысканий. Я продолжал свои движения с минимальной амплитудой, только стал их совершать по кругу, тем самым захватывая чуть большую поверхность. При этом мой мизинец сам собой оказался напротив ее ануса, и я тоже стал тихонечко покалывать ее там ногтем.
Тем временем моя малышка оставила в покое (в покое.. хорошенькое дело !) мои яйца и стала облизывать основание моего члена. Она лизала его языком, при этом играя моими яйцами в маленькой ручке. Она целовала ствол члена маленькими или затяжными поцелуями так, что кожа с члена собиралась у нее во рту, оголяя головку. Она кусала мой член сбоку и я тихонечко покрикивал. Я был наверху блаженства.. А ведь самое интересное было еще впереди!
Мимо проносились машины, периодически освещавшие нас фарами дальнего света. Мне было все равно, да и, судя по всему, им тоже. Вряд ли они могли бы что-нибудь увидеть, да и пусть. Мне было хорошо. Очередное появление машины остро укалывало куда-то в живот, что только усиливало восхитительные ощущения от происходящего.
И вот настал долгожданный момент - моя красавица оставила в покое мой ствол и нависла сверху над головкой, словно разглядывая ее. Мой член жил. Жил жизнью, отдельной от меня. Он хотел ее. Он хотел, что бы ее очаровательные губки раскрылись и приняли его вовнутрь, позволили ему, наконец, очутиться в замкнутом пространстве, побиться там и излиться живительным соком.
Она медленно приблизилась и высунула язык. Тихонечко, не сдвигая кожи, обхватила губами головку и, поместив язычок в отверстие крайней плоти, стала вращать им вокруг головки. Таким образом, ее язык оказался между кожей, укрывавшей головку, и самой головкой. Я взвыл.
Пощекотав так меня, она, наконец, опустилась ртом на мой член, головка обнажилась и уперлась ей в небо, но в тот же момент девочка подалась обратно, выпустив член. Он был обнажен и наполнен кровью. В моих яйцах бушевала сперма, а ее ручка, продолжавшая играть ими, только увеличивала этот шторм. Я чувствовал, что долго так не протяну.
Подождав еще секунду, (мой красавец тихонько раскачивался), и, посмотрев на него в свете очередной проезжающей машины, она высунула язык и стала водить им по отверстию головки. Казалось, она проверяла, готов ли путь для моей спермы. Путь был готов, но я еще удерживал семя у себя внутри.
Наконец, она взяла его в рот. Она обхватила губами головку у ее основания и стала делать вращательные движения, прижимая верх головки языком. Сначала медленно и плавно, а затем все быстрее и резче. Наконец, ее движения превратились в безумный танец, как будто она быстро качала головой от плеча к плечу. Мне показалось, что еще секунда и я не выдержу, но в этот момент моя истязательница остановилась, выпустила член и стала тихонечко облизывать его кончиком языка. Я заметил, что сдерживаю дыхание, и выдохнул.
Тут она снова погрузила член в себя и начала продольные движения по члену. Он почувствовал себя дома - его окружала плотная и влажная кожа ее рта. Лишь изредка ее маленькие зубки касались краев головки, но это было совсем не больно, а лишь приятно. Я автоматически начал движения навстречу ей. При этом я положил свою левую руку ей на затылок и стал гладить ее волосы. Моя правая рука по-прежнему гуляла у нее в промежности.Она пускала слюни или слизывала их, она всасывала член и воздух, она крутила, вертела и играла моим членом как хотела. Она упирала его головку попеременно то в одну щеку, то в другую. Она щекотала основание члена у самого языка. Она.. долго так продолжаться не могло.
Я почувствовал, как огромная волна поднимается из моих яиц, как она медленно добирается до основания члена. Я попытался ее остановить, но тщетно. Тогда я усилил свои движения. Моя малыша почувствовала мое состояние и тоже убыстрилась. Я вцепился в нее, задергал членом, она стала лихорадочно работать языком и.. вдруг.. оно пришло.. я прекратил движения члена, полностью сконцентрировавшись на спускании. Только пальцы моей правой руки оставили в покое ее щелку, а влажный мизинец вонзился ей в попу. Она попыталась увернуться, но я, спускающий, вцепился в нее мертвой хваткой, удерживая ее голову и попу. При этом мой мизинец лихорадочно бился в ее попе, а член изливал и изливал сперму в нее..
Она глотала. Она глотала все. Так много и долго я еще никогда не спускал. Мой красавец изливал и изливал сперму внутрь моей девочки, она только успевала глотать. Почувствовав, что ей неудобно, я убрал руку с ее затылка, и она чуть подалась назад. Маленькая струйка спермы потекла по моему члену вниз к яйцам. Я кончил. Я излил ей все, что во мне накопилось, а она продолжала облизывать мой опустошенный член. Она ласково подобрала упущенную струйку спермы, еще раз облизала член, подняла голову ко мне и опять улыбнулась.
- Ведь так лучше ?
Господи, конечно, конечно лучше.. Лучше чего ?.. Лучше всего..
Я смутно помню остаток дороги. Помню, что доехали быстро и молчаливо. Помню, что в машине было тепло от переполнявших нас чувств. Тепло и пьяно. Пьяно той легкостью тихой радости удовлетворения, когда уже нет ничего более...
Было это или не было - сейчас уже трудно упомнить. Да и сам факт случившегося накладывает отпечаток нереальности. Разве что непослушный бант, так и оставшийся под лобовым стеклом, вселяет хоть какую-то уверенность в действительности произошедшего...