Вот. захотелось поделиться. И пережить снова, пока пишу.
Мы с мамой ездили вдвоем на юг, в крым и на кавказ, много лет. Мама после развода отдыхала там вовсю, очень много мужчин. Мы тогда отдыхали с подругой мамы и ее детьми вместе. Мама и подруга познакомились с компанией мужчин и ушли с пляжа с ними. Я пришла через час домой, в квартиру, которую снимали. Там на диване в зале силели двое полуголых мужчин и смотрели телевизор, а на кухне еще один, пил пиво. мамино платье лежало на диване рядом, и ее купальник на ковре рядом с диваном.
- а где мама? - довольно тупо спросила я.
Они стали улыбаться, переглядываться, ухмыляться, и один сказал - она сейчас занята, подожди. Она в спальне. Отдыхает. А второй засмеялся и сказал - ну, не совсем чтобы отдыхает... и они посмеялись все. Я зашла на кухню и налила себе кваса из холодильника. Было очень жарко. Тот, что сидел за столом, странно так смотрел на меня. тут дверь спальни открылась, мужчины в комнате о чем-то перебросились словами - и в кухню вдруг вошел совершенно голый мужчина, налил себе воды из-под крана, посмотрел на меня
- а это что за малышка?
- Это - это ее дочка.
- дочка? дочка это хорошо.
Он смотрел на меня, пил воду, и нисколько меня не стыдился. Я впервые видела голого мужчину. И то, что у него там. Тот, с пивом, спросил
- и как тебе мамочка?
- мамочка хорошая, тугая такая, горячая. Любит это дело, любит. Там сейчас Серега пошел, пообщаться.
Он посмотрел на меня
- а ты? тоже любишь это дело, а? любишь?
я оцепенела прямо
- какое дело? - пискнула так, неожиданно для себя как-то полузадушенно.
- да вот это - он подошел ко мне, сидящей на табуретке, совсем близко, его член был прямо перед моими глазами. и он - рос! он увеличивался!
- брось, не лезь к ней, она ж наверное, целковая еще.
- ну и фига. во рту ж целки нет, а, деточка, во рту нет?
Я машинально, не понимая, как в тумане, завороженная прямо, пробормотала
- нет...
- ну и умница.
он погладил меня по голове, погладил ухо, шею, провел по лицу, потом взял за подбородок, приподнял лицо - и взяв второй рукой свой выросший член, провел им мне по лицу... по губам... по щеке... потом заставил меня раскрыть губы и вложил мне его в рот... он держал меня за волосы. За голову, и сказал, чтобы я сосала. А потом стал водить головой по нему, и толкать вперед-назад... было так жарко... я так дышала... пот тек мне по лицу... он убыстрил и усилил движения, прижал голову, замер, наполняя мне рот... таким... вязким... как белок яичный... горячим... пахучим... я надула щеки, чтобы не подавиться... потом во рту стал уменьшаться, он отстранился, поводил мне им по губам, погладил по щеке... у меня из рта текло по подбородку, я судорожно глотала и облизывала губы... я не могла поднять глаза... щеки горели... и было приятно. Когда я чувствовала напор и крепость щеками, губами, когда касалось неба, когда услышала стон мужчины... Cтон удовлетворения, утробного удовольствия... которое дала я. я! я!!! и напряжение внизу живота... каменный просто лобок... и мокро... горячо там... и сладко ноет грудь... мне казалось, такое ощущение, болезненное такое и прятное - что соски прорвут сарафан, такое напряжение... я мелко-мелко дышала, опустив глаза - а ко мне подошел тот, второй, что смотрел все это время... как я... как со мной... делают это... он расстегнул джинсы и дал мне в рот свой. Уже торчащий. И делал то же самое. И мне снова это нравилось. Первый сказал, что я хорошая. Хорошая соска. Такая, как мама. Второй держал меня за голову и говорил негромко надо мной - давай, сосулька, давай, давай, сосульенька, сосочка... и это волновало меня еще сильнее... Вот такой первый раз минета...В 18 лет.